Центральный научно-исследовательский
институт машиностроения
EN RU

До полёта… и после

Полёт Юрия Гагарина в космос произвел неизгладимое впечатление на Бориса Николаевича Кантемирова. И всё-таки, он признается, что не ожидал такой бурной реакции людей, ведь смотрел на это событие с точки зрения специалиста, которому ещё с момента запуска первого спутника было понятно, что полёт человека в космос – это лишь вопрос времени… Работая в те годы в НИИ-4, он задолго до 12 апреля 1961 года знал, что планируется запуск корабля с человеком на борту, был в курсе подготовки, ему были известны также имена кандидатов.

День старта

Вспоминая свои личные эмоции, испытанные в день полёта Гагарина, Кантемиров говорит, что переживания буквально захлестнули его, когда «Восток» уже был на орбите. В тот момент он сидел на подоконнике, смотрел в небо, представляя, как где-то высоко над облаками пролетает корабль, и прокручивал в мыслях беспрестанно одну фразу: «Только бы Гагарин вернулся, только бы благополучно приземлился…». Отлегло от сердца лишь, когда космонавт уже был на Земле.

Наблюдая тогда за окружающими, Кантемиров задумался: «А что же чувствовали люди, находившиеся на полигоне в момент взлёта? Что испытали сами участники подготовки полёта и, в первую очередь, его воплотитель Юрий Алексеевич?». С того момента Кантемиров по крупицам стал собирать факты, отвечающие на эти вопросы, пока ещё не размышляя, зачем это нужно. Со временем, чем больше он углублялся в эту тему, тем интереснее она становилась для него. В результате, за пятьдесят лет в руки Борису Николаевичу попало немало документов, рассказывающих о малоизвестных мгновениях тех дней.

Одно из таких свидетельств – письмо, написанное Юрием Гагариным своей семье за два дня до полёта. Оригинал Кантемирову не удалось получить, но есть опубликованный в книге Валентины Ивановны Гагариной «108 минут и вся жизнь» текст. Десятого апреля, когда Гагарин уже находился на полигоне, космонавту сообщили, что первым побывать в космосе предстоит именно ему, тогда он и решил отправить весточку дочерям и супруге. В трогательном письме, пронизанном теплом и любовью к родным, он выразил все свои чувства и переживания, связанные с предстоящим событием…

Чтобы узнать подробности о 12 апреля, Борису Николаевичу пришлось побеседовать с огромным количеством людей, и у него накопилось немало историй, отражающих картину того дня.

Одну из них поведал Евгений Анатольевич Карпов, первый начальник ЦПК. Немногие знают, как появилась надпись «СССР» на гермошлеме космонавта. Оказывается, Карпов, будучи уже в «костюмерной», обеспокоился тем, что на костюме Гагарина нет никаких опознавательных знаков – неизвестно, как на него отреагируют свидетели приземления. Тут же нашли красную краску, и написали на гермошлеме известную аббревиатуру, Гагарин в этот момент находился уже в кресле и был практически готов к старту.

Ещё одна интересная история. У Юрия Гагарина часто просили автограф. Академик Василий Васильевич Парин, но не найдя ничего подходящего, на чём можно было расписаться, протянул Гагарину свой паспорт. Автограф пришёлся как раз на место, где стоял штамп о регистрации брака, что на долгие годы стало предметом для шуток друзей и знакомых Парина. Это не единственная история, связанная с академиком Париным. Кантемиров рассказал о письме, написанном Париным своей жене 11 апреля 1961 г. Датировал он его 12 апреля и сделал приписку: «Рейс Земля-Космос-Земля».Космический корабль «Восток». Текст начинался со слов: «Первой женщине в мире, получающей письмо космической почтой – Нине Дмитриевне Париной». Это письмо Парин отдал Гагарину, и конверт облетел вместе с ним земной шар.

«Космическое» письмо для Н.Д. Париной

«Космическое» письмо для Н.Д. Париной

Один из волнительных эпизодов – исчезновение связи с кораблем, когда он уже был на орбите. Несколько десятков секунд не был слышен голос космонавта. Можно представить, что случилось тогда с наблюдателями. Сергей Павлович Королёв был чрезвычайно взволнован, а специалисты прикладывали все усилия, чтобы наладить связь – но выбивала из колеи неизвестность, ведь непонятно, что случилось на расстоянии многих сотен километров от Земли с кораблём и космонавтом. Но вскоре всё пришло в норму, беспокойство спало.

Воспоминания

Одним из ярчайших впечатлений для Кантемирова остаётся мимолётная случайная встреча с Гагариным. Пообщаться с ним не довелось, но его светлая, завораживающая улыбка навсегда осталась в памяти. Случилось это на первой американской выставке, проходившей в Сокольниках, куда, уже ставший известным на весь мир космонавт пришёл вместе с супругой.

С годами Борис Николаевич узнавал о Юрии Гагарине и его подвиге всё больше. В середине 80-х он начал читать лекции, посвящённые первому полёту человека в космос, школьникам и студентам различных учебных заведений по всей стране.

Тогда эти истории и рассказы, - вспоминает он, - были невероятно интересны всем ребятам. К сожалению, в 90-х годах и позже мои лекции воспринимались с меньшим интересом – что-то важное стало пропадать в мироощущении детей. А данные некоторых опросов говорят о том, что многие из них даже не знают, кто такой Гагарин. Хочется верить, что увлечение космосом рано или поздно вновь возродится…

В 2001 году Кантемирову и нескольким его коллегам (он трудился в Российской академии космонавтики) было поручено разработать эскиз почтовой марки, посвящённой 40-летнему юбилею первого полёта человека в космос. Спустя несколько дней споров пришли к конечному варианту, который и предстал перед руководством, а затем появился в почтовых отделениях страны.

Этапы создания эскиза почтовой марки, посвящённой 40-летию первого в мир1...

Этапы создания эскиза почтовой марки, посвящённой 40-летию первого в мир2...

Этапы создания эскиза почтовой марки, посвящённой 40-летию первого в мир....

Этапы создания эскиза почтовой марки, посвящённой 40-летию первого в мире полёта человека в космос

Значение полета Гагарина

На вопрос «Что значил полёт Гагарина для нашей страны, и что изменилось после того, как он состоялся?»можно отвечать если не бесконечно, то очень долго, затрагивая многочисленные стороны жизни. Борис Николаевич Кантемиров ответил на него, охватив основные и, пожалуй, самые важные моменты.

В первую очередь, - говорит он, - это был выдающийся медико-биологический и научно-технический эксперимент. Как человек военный, Кантемиров считает немаловажным, что это явилось демонстрацией нашей военной силы, а также показателем, что мы передовая страна в экономическом отношении.

Существенно повлияло это событие и на культурную сферу. Ведь тогда произошёл настоящий взрыв в искусстве – стали в огромном количестве появляться книги и картины космической тематики, и, в частности, посвящённые Гагарину. Тогда же во всех уголках страны начали открываться музеи космонавтики.

Третье, где «зазвучал отголосок» полёта человека в космос – было общественное мировоззрение. Люди всегда грезили полётами в небо, это вековая мечта всего человечества – сначала добраться до облаков, потом до звёзд. А в те годы, на фоне активно развивающейся космической промышленности, все почувствовали, насколько близко исполнение этой мечты, и подспудно ждали, когда же человек покорит космическое пространство… Именно этим объясняется, по мнению Кантемирова, тот сумасшедший всплеск эмоций, которым народ встретил новость о состоявшемся полёте – наверное, каждый отчасти воспринял это событие, как свою собственную маленькую победу и исполнение давней мечты. С той поры поменялось отношение к освоению космоса – это перестало быть чем-то из области научной фантастики, а стало восприниматься реальным и доступным.