Главная » Пресс-центр » Видеогалерея » Видеоинтервью с главным специалистом ФГУП ЦНИИмаш А.Т.Горяченковым

Видеоинтервью с главным специалистом ФГУП ЦНИИмаш А.Т.Горяченковым

09.08.2012

 

Е.К. Эрзина

- Сегодня мы беседуем с главным специалистом Аркадием Тимофеевичем Горяченковым, трудовой стаж которого насчитывает в нашем институте более 50 лет.

Здравствуйте! Вы закончили Ленинградский политехнический институт по специальности «Техническая физика». Почему ваш выбор пал именно на это направление?

А.Т. Горяченков

- Когда я уезжал из Риги, то не было мысли, что я буду физиком, а был выбор - Лениградский политехнический институт. Но когда я приехал в Ленинград, то мне очень понравилось то направление, которое хорошо рекламировали и хорошо по нему отзывались – это физико-механический факультет, который был организован одним из самых больших учёных того времени - академиком Йоффе, он был деканом этого факультета. На этом факультете, как рассказывали, на всех его кафедрах, было хорошее оснащение лабораторным и прочим оборудованием, которое позволяло не просто познавать какую-то технику, но и ставить эксперименты и убеждаться в том, что то учение, которое там есть, оно действительно соответствует результатам экспериментов.

Е.К. Эрзина

- Скажите, а были ли у вас в институте учителя, кумиры, люди, на которых вы равнялись?

А.Т. Горяченков

- Наряду со многими преподавателями мне, конечно в первую очередь, импонировали лекции, и не только лекции, но и беседы с Анатолием Исааковичем Лурье, членом-корреспондентом академии наук. Он возглавлял кафедру «Динамика и прочность машин и сооружений». Получилось так, что поначалу я был приписан к его кафедре. Меня, конечно, поражала его интеллектуальная мощь. Представляете себе: та наука, механика, другие разделы, которые он читал, когда он читал, приводил какие-то примеры, чувствовалось, что за той наукой, которую он излагал, кроется какой-то громадный фундамент, какая-то еще та вещь, которая еще не показана, но которая вместе с этой наукой составляет нечто величественное и позволяющее решать самые различные задачи. Причем, задачи различные и чрезвычайно красивые и с математической точки зрения, и с физической - очень интересно. Мне удавалось задавать ему много вопросов. И из его ответов следовало, что за этим человеком, кроме того, что он говорит, еще стоят какие-то глыбы научной мысли. И чувствовалось, что та наука, которую он нам преподаёт, то, что стоит за ней, нам очень нужно, т.к. мы будем заниматься техническими вопросами, которые к этим вещам приближены. Это, пожалуй, один человек, о котором я хотел рассказать. Ну, и, второй, это - будущий руководитель моей дипломной работы, профессор Тарас Николаевич Соколов. Вы знаете, это был и удивительный человек, и удивительный преподаватель. Вы знаете, что он сделал? Он взял и организовал на новой кафедре, на которой преподавателями работали 4 молодых человека, следующее: Соколов взял большой государственный заказ на проведение работ, который он решил выполнять силами студентов-дипломников. И это не было стремлением чего-то там заработать, получить, а это, как я понимаю, было стремлением приучить студентов-выпускников к тому, что они должны решать совершенно новые задачи, которые никто еще ни в стране, а может даже и в мире, не решал. И значит, своими руками, делают вот это новое дело.

 

Ну вот, это то, что касается института. Ну, а дальше получилось так: когда я говорил о том, что когда что-либо делалось, первое, что было сделано – была создана аналоговая вычислительная машина, которой не было в СССР: по своей мощности она, наверное, была самой большой. Она могла решать уравнения до 50-го порядка, нелинейные уравнения с переменными коэффициентами и пр. Она предназначалась для институтов оборонки. Кстати сказать, я знаю, что она была установлена и в головном военно-морском институте, в Ленинграде, и в Москве. А когда я приехал в НИИ-88, оказывается, у Пилютика в соседней лаборатории тоже такая машина стоит. Потом эта лаборатория у меня в подчинении оказалась. Так что вот такая задача. А потом он взял на себя задачу очень престижную и очень ответственную. Это - работа по созданию системы по наблюдению и измерению полётов первых спутников. У нас была часть этой задачи, работу эту возглавлял полковник из НИИ-4 – Ю.А.Мозжорин. Это была первая встреча с тем, что задумал Мозжорин. Там разрабатывалась цифровая вычислительная машина, хотя никаких вычислительных машин тогда в Советском Союзе не было - с выходом на все измерительные устройства, с преобразованием всей этой информации и т.д. в условиях, когда не было элементной базы и мы сами разрабатывали ферритовые ячейки для этой самой машин. Силами студентов мы все это создавали. А потом поехали на пункты по всей стране налаживать эту машину и работать по спутникам. Мне досталось ехать в Балхаш. Несколько месяцев мы там крутились, налаживали, делали, всё получилось нормально. А когда я приехал, мне он говорит, что очень хочет видеть меня в НИИ-88. Лурье договорился с Пилютиком о том, что они будут меня рекомендовать Мозжорину. А дальше было так: я прошёл конкурс в НИИ-88 на должность начальника сектора. Мне обещали квартиру и пр. Вот так я оказался в НИИ-88. Это было в понедельник,13-го октября 1958 года. Пилютика я первый раз увидел только здесь. При встрече он мне сказал: «Слушай, пока тут квартиру тебе не выстроили – ты пока поживи с женой у меня» Сначала один, а потом уже и вместе с женой, мы жили у него в квартире в течение нескольких месяцев. И это характеризует человеческие качества этого начальника. Для меня Пилютик, как человек, был большой находкой в жизни. Мы дружили семьями: вместе ездили с ним в отпуск, много времени проводили в разговорах и на работе. Здесь он ко мне относился очень хорошо, и я всегда чувствовал его поддержку. Он, в моем представлении, сделал очень много в институте. И стратегические направления, и баллистика у него была, военно–технические проблемы рассматривал, динамику, системы управления. В общем, он был очень хорошим специалистом, а сам специализировался по динамике. Ну и мне было с ним очень интересно общаться.

 

Конечно, главным своим наставником я считаю Ю.А.Мозжорина. Это был удивительный человек. Вы понимаете, я когда с ним разговаривал, причем, совершенно профессионально, по своему направлению, я чувствовал в нем специалиста по системному управлению. Я слышал, что он был таким же специалистом по аэрогазодинамике, не меньшим специалистом в области баллистики, в области прочности он находил общий язык с Кармишиным и был также его хорошим собеседником и по всем остальным вопросам, которые он развивал и которых в институте уже тогда было чрезвычайно много. Это потом их стало меньше, когда от нас ушли большие подразделения, превратившиеся в институты, КБ и т.п. Он по всем вопросам был специалистом. Причём, я никогда в жизни ему не сказал неправду. Т.е. когда плохо или хорошо, особенно когда плохо, то всегда я всё ему говорил до конца. И ни разу от него не слышал какого серьезного упрека и вообще какого то упрека. Он всегда старался понять ситуацию, наше поведение в этом случае и что-то подсказать. И когда я разговаривал с ним, у меня складывалось чувство, что я ему рассказываю, а он там присутствовал, т.е. он в голове прокручивал ту информацию, которую ему дали: кто и что должен был сказать, кто как должен себя вести - для него было понятно. Когда я ему говорил, он кивал головой, он понимал, что значит так и должно было быть. И если что-то отличалось от его представления, он задавал какой-нибудь вопрос: «Слушай, а почему вот здесь так?», и опять всё становилось понятным и ясным. У нас с ним было какое-то единение задач, которые мы решали.

 

Когда мы говорим, что вот там учителя, то для нас учителями были разработчики комплексов систем управления, с которыми мы контактировали на самых разных уровнях: начиная от главных конструкторов и со всеми другими специалистами. Они рассказывали нам о новых вещах, с которыми они столкнулись, которые им удалось получить. И это для нас, как для специалистов по системам управления, являлось чем-то новым. То же самое было при взаимодействии с коллегами внутри института. Например, нам много пришлось взаимодействовать с динамиками. Это и Мякишев, и Рабинович, которые занимались изучением и влиянием упругости корпуса и влиянием жидкости громадного количества в баки, т.е. его там колебание и т.д. И они высказывали свою совершенно новую позицию, которой, опять-таки, не было ни в каких книгах.

Ну и чрезвычайно важным я считаю, мои учителя - это мои подчиненные, которые накапливали вот эти самые знания как собственной работой, так и взаимодействием с разными организациями. И здесь я поступал, наверное, как занудливый и дотошный ученик, который к тому же еще и начальник: и отвязаться от него нельзя. Но вместе мы, в конце концов, в разговорах новую истину для себя познавали, и это было, по существу, развитием нашей науки. Это было и изучением новых вопросов, которые появлялись в нашей технике.

Е.К. Эрзина

- Какие из своих работ вы считаете для себя самыми интересными, ключевыми?

А.Т. Горяченков

- Вы знаете, я хотел бы рассказать о двух направлениях наших работ, которые выполнялись коллективом специалистов института по системам управления и мною, как его руководителем. Это работы, которые проводились, ну я бы сказал, в эпоху Ю.А.Мозжорина. Первое направление работ связано с разработкой облика системы ракетно-космической обороны страны, системы, включающей в себя и ракетные комплексы, и ядерное оружие. Это было в тот период,  когда количество ядреного оружия на земле было громадным и достаточным для многократного уничтожения всей земной цивилизации. И тогда, задача стояла так – как обеспечить обороноспособность страны в этих условиях. По-существу - каким образом предотвратить вообще возможность начала ядерной  войны.

 

Институтом задача была сформулирована примерно следующим образом - какова должна быть система ядерного предупреждения  для того, чтобы при любых возможных действиях агрессора у него не было никаких шансов рассчитывать на то, что ему удастся сохранить свою страну от её неизбежного, ответного, глобального разрушения.

Е.К. Эрзина

Простите, но это ведь задача на уровне руководства страны?

А.Т. Горяченков

- Вы абсолютно правы. С точки зрения принятия решений это, конечно, задача политического и военного руководства страны. Но подготовка материалов для принятия этого решения - это задача системного анализа этой проблемы коллективом соответствующих специалистов. Ну и, конечно, видно отсюда, что это задача не военных и не, допустим, конструкторов, а как раз задача такой объективной организации, которая в своем составе имеет специалистов, разбирающихся и в этих вопросах, и в том, какой ракетная система должна быть не только по своим характеристикам, но и по характеристикам, входящим в её состав компонентов. Ну и, задача нашего коллектива системного управления в этой части состояла в том, что мы принимали участие в определении параметров вот такой системы, существенное зависящих от системы управления: точность, время боеготовности ракетных комплексов. Далее, возможности перенацеливания ракет в необходимых случаях и возможности работоспособности системы в условиях различных аномальных или нештатных воздействий.

 

Наше участие в этих работах дало возможность учесть и эти параметры, и определить требования к ракетно-космическим комплексам и входящим в их состав системам управления с этой точки зрения. В этой работе активное участие принимали также специалисты тех подразделений, которые мы сейчас называем подразделениями прикладных исследований. Это и работники, специализирующиеся на газодинамике стартовых сооружений, и специалисты, оценивающие тепловые процессы. Безусловно, и специалисты, которые определяют аэродинамические свойства летящих ракет, прочность конструкций самих ракет, прочность стартовых сооружений. И вот такая задача в институте решалась комплексно: как с участием специалистов по системному анализу, так и всех специалистов института по самым разным направлениям.

В связи с этим, результаты этих работ, конечно, были более обоснованными, чем работы, выполненные нашими оппонентами. Поэтому это дало техническую возможность о приёме предложений нашего института, во главе которых, безусловно, стоял Ю.А.Мозжорин: и как руководитель, и как непосредственный исполнитель. Ну и он же был защитником всех этих работ на различных уровнях. Это позволило принять именно наши работы в качестве основы построения ракетно-космической системы для нашей страны. В результате такой постановки задачи и таких результатов, по существу, использование ракет с ядерным оружием оказалось не только нецелесообразным, но и невозможным. И это дало возможность нам сохранить вот этот безъядерный мир до настоящего времени. Это показало, в том числе, и эффективность работ нашего института и его структуры, которая позволяла таким образом решать эту задачу.

 

Второе направление, о котором мне хотелось бы рассказать с участием в нем специалистов нашего подразделения по системам управления, было непосредственное участие в создании ракетно-космических комплексов различного назначения. Вообще, можно сказать так, что работы института и его подразделений в этом направлении играли решающую роль в создании этих ракетно-космических комплексов. Это и работы в области аэрогазодинамики и прочности, ну и работы по двигателям, ну и другим направлениям. Можно сказать так, что если бы институт не принимал участие в этих работах, то большинство ракетно-космических комплексов не получило бы возможность своего изготовления и существования.

Е.К. Эрзина

- Что вы можете пожелать молодым специалистам, работающим в ЦНИИмаш и той молодежи, которая еще стоит перед выбором профессии?

А.Т. Горяченков

- Мне хотелось бы пожелать молодым специалистам, приходящим в ЦНИИмаш, во-первых, чтобы в ЦНИИмаш им досталась та работа, которую они хотели бы иметь, которой у них и был тот запас знании в институте, который они получили. Ну и, конечно, чтобы институт имел соответствующие заказы, чтобы обстановка в стране была такой, чтобы то, что они делают в институте, было нужно нашей стране. Потому что это, конечно, самое главное - чтобы было удовлетворение от своей работы. Ну и, что мне еще хотелось сказать? Институт - это кладезь знаний. То, что было сделано в институте - это громаднейшая работа, и тот опыт и в науке, и в технике, который был получен в институте, вы его нигде в другом месте не получите.



Все новости...

Справочная информация

 

 

Контактная информация

Федеральное государственное унитарное предприятие "Центральный научно-исследовательский институт машиностроения" (ФГУП ЦНИИмаш)

Россия, 141070, Московская область, г.Королёв, ул.Пионерская, д.4

т. (495) 513-59-51
ф. (495) 512-21-00

e-mail: corp@tsniimash.ru
© 2000-2017 ФГУП ЦНИИмаш
На печать Карта сайта На главную