Главная » Пресс-центр » Интервью и комментарии » Комиссия Уткина-Стаффорда: как это начиналось

Интервью и комментарии

Комиссия Уткина-Стаффорда: как это начиналось

19.12.2013

15 декабря 1994 года в соответствии с решением российско-американской комиссии по экономическому и технологическому содружеству под патронажем Председателя Правительства РФ Виктора Степановича Черномырдина и вице-президента США Альберта Гора была сформирована Совместная комиссия Консультативно-экспертного совета (КЭС) Роскосмоса и Специальная комиссия (СК) NASA по проблемам обеспечения безопасности совместных пилотируемых полётов. Сопредседателями этой комиссии стали Владимир Фёдорович Уткин и Томас Стаффорд. Исполнительным секретарём КЭС Роскосмоса в 1995 году был назначен заместитель начальника отдела ФГУП ЦНИИмаш, кандидат технических наук Леонид Петрович Васильев.

 

- Леонид Петрович, чем вы объясните выбор именно этих кандидатур?


- Выбор академика В.Ф.Уткина и генерала Т.Стаффорда в качестве сопредседателей российско-американской Совместной комиссии был не случаен. Генеральный конструктор, действительный член Российской Академии наук и Национальной Академии наук Украины, Международной Академии астронавтики, генеральный директор ФГУП ЦНИИмаш Владимир Фёдорович Уткин был хорошо известен как один из создателей ракетно-ядерного щита России, настоящий подвижник науки, создатель ракет-носителей и космических аппаратов. Заслуги и опыт В.Ф.Уткина и его авторитет в международных научных кругах были неоспоримы.

 

Генерал-лейтенант ВВС США (национальный резерв) Томас Паттен Стаффорд - один из первых астронавтов США, дважды - в 1965 и 1966 годах - летал в космос на космических кораблях «Джемини-6» и «Джемини-9»; был командиром «Аполлона-10», первым совершившим стыковку на окололунной орбите (1969); был командиром «Аполлона» в советско-американском полёте по программе ЭПАС («Союз-Аполлон», 1975).

 

- Изначально было известно, на какое время создаётся Совместная комиссия Уткина-Стаффорда?


- Владимир Фёдорович перед началом работы Совместной комиссии мне сказал: «Леонид Петрович, потерпи годик. Комиссии такого высокого уровня долго не бывают». Но он ошибся - пять лет возглавлял эту комиссию в качестве её сопредседателя, а деятельность комиссии оказалась востребованной на многие годы.

 

- Где и когда состоялось первое заседание комиссии Уткина-Стаффорда?


- Первые заседания проходили в Москве, в феврале 1995 года. Уткин и Стаффорд представили соответственно членов КЭС и СК. Обсуждались вопросы, волнующие американскую сторону перед полётом в марте американского астронавта Нормана Таггарда на транспортном корабле «Союз» на станцию «Мир». Это должен был быть первый длительный четырёхмесячный полёт американского астронавта на российском пилотируемом комплексе. Российских экспертов волновало обеспечение безопасности совместного полёта со сближением до 10 метров орбитального шаттла «Дискавери» (STS-63) в феврале и шаттла «Атлантис» (STS-71) в июне к российской орбитальной станции «Мир», включающего проведение операции стыковки и полёта в связке. На этой встрече комиссия КЭС–СК разработала план действий до полёта первого орбитального шаттла «Атлантис» к станции «Мир». В сентябре 1995 года российско-американская Совместная комиссия определила Положение и задачи на ближайшие сроки деятельности, которые были утверждены генеральным директором Российского космического агентства Юрием Николаевичем Коптевым и администратором NASA Даниэлем Голдином.

 

- Какие российские предприятия и организации ракетно-космической отрасли посетили американские участники Совместной комиссии?


- Во время посещения Москвы в январе-марте 1995 года соотечественники генерала Стаффорда побывали в ОАО «РКК «Энергия» имени С.П.Королёва», ГКНПЦ имени М.В.Хруничева, НИИ ЦПК имени Ю.А.Гагарина, на ФГУП ЦНИИмаш, в том числе и в нашем Центре управления полётами, посетили ГНЦ РФ Институт медико-биологических проблем РАН, затем присутствовали при пуске грузового корабля «Прогресс М» на космодроме Байконур (февраль) и пилотируемого корабля «Союз ТМ» (март), в экипаж которого входил астронавт США Норман Таггард. Эти посещения, брифинги, знакомство с производственными площадками, тренировочными комплексами для подготовки космонавтов позволили снять с рассмотрения многие вопросы, до этого казавшиеся проблемными. Американцам нравилась наша культура, они пытались к ней приобщиться. Например, астронавт Билл Редди, пока был официальным представителем NASA в «НИИ ЦПК имени Ю.А.Гагарина», выучил на русском песню «Первым делом, первым делом самолёты» и часто пел её нам. Это ещё раз показало, как совместная работа сближает людей всех национальностей.

 

- А где побывала российская сторона при визите в Штаты?


- В конце марта - начале апреля 1995 года состоялся ответный визит группы академика В.Ф. Уткина в США. Во всех организациях нас принимали первые лица и показывали всё, о чём мы просили, например, как готовится шаттл вертикального сбора в специальном здании подготовки кораблей. Там у нас остался единственный вопрос, на который мы долго не получали ответ: почему американцы не сделали систему «спейс-шаттл» с автоматической системой посадки? Почему всё отдавалось на откуп командиру корабля и пилоту? И только Билл Редди раскрыл эту тайну: «Мы ведь профессионалы, - сказал он, - и готовы идти на риск». Так это или нет, остаётся за скобками, но то, что американцы сумели в наземных условиях довести процесс подготовки экипажа к полёту до совершенства - абсолютная истина. В США существует предписание о том, что только после тысячи полётов на специальном самолёте с приземлением на посадочной полосе назначать командиров и пилотов на шаттлы.

 

Заседания и встречи Совместной комиссии проходили в Космических центрах имени Линдона Джонсона (Хьюстон, штат Техас), имени Джорджа Маршалла (Хантсвилл, штат Алабама), имени Джона Кеннеди во Флориде, фирме «Боинг» и штаб-квартире NASA в Вашингтоне. Члены комиссии были приняты в Белом доме помощником Президента США по космосу, председателем комитета по науке Конгресса США, а также послом Российской Федерации в Соединённых Штатах Америки. Мы работали в комнате, где в 1992 году подписывалось историческое соглашение Горра-Черномырдина о сотрудничестве в космосе. Все были представлены друг другу, у Владимира Фёдоровича спрашивали, доволен ли он поездкой. Уткин был доволен и с уверенностью говорил, что мы создадим хорошую станцию (МКС). А затем случайно (а может, и нет) мы столкнулись в коридоре нос к носу с президентом США Биллом Клинтоном и его супругой Хиллари. Выйдя из Белого дома, мы сфотографировались на память.

 

- Как относились американские коллеги к Владимиру Фёдоровичу Уткину?


- Личность Владимира Фёдоровича вызывала огромное уважение у наших американских коллег. Когда мы первый раз прилетели в Штаты и в 2 часа ночи сошли с трапа самолёта, первого, кого мы увидели – был заместитель директора Космического центра Джонса Джордж Эбби. Удивительно, человек приехал ночью встретить Уткина - так ему хотелось посмотреть на разработчика серьёзных ракетных комплексов, которые предотвратили войну в мире. Это дорогого стоило! Где бы ни выступал Владимир Федорович, его всегда с огромным интересом слушали и сердечно благодарили. Учёные и специалисты всех стран – участниц программы МКС увидели, с каким великим научным заделом входит Россия в этот проект. Выступления Владимира Фёдоровича поражали многих - никакой рисовки, доходчивость, оригинальные сравнения с примерами из жизни: «Русские долго запрягают, но быстро ездят».

 

Однажды нам удалось договориться с американцами о посещении музея, организованного ветеранами ВВС США. Сотрудники музея - военные ветераны. Когда нас запустили туда, они отнеслись к нам с большим почтением и уважением - уже знали кто такой Уткин! На стенах музея были фотографии генералов, руководивших строительством объектов на мысе Канаверал и первыми отрядами американских астронавтов. Владимир Фёдорович вдруг спросил: «А где фотография Циолковского?». Её не было в музее. Я говорю: «Может её не нашли?». А он мне: «В следующий раз обязательно привезём, подарим!». У Владимира Фёдоровича было трепетное отношение к Циолковскому, к его памяти.


- Вы помните, что обсуждала Совместная комиссия на своём первом собрании на территории США?


- Помню, что первое совещание Совместной комиссии проходило в зале заседаний директора Центра Джонсона. В своём выступлении Владимир Фёдорович определил основные задачи дальнейшей работы: «Впервые предстоит сложная стыковка орбитального шаттла «Атлантис» со станцией «Мир». Мы должны посмотреть – нет ли упущений? Как будут взаимодействовать средства связи? Какие будут нагрузки? Какие могут быть воздействия двигателей шаттла на «Мир» и двигателей «Мира» на шаттл? Как будут взаимодействовать группы управления в ЦУП–Хьюстон и ЦУП–Москва? Как идёт подготовка экипажей? Как независимые эксперты, мы вместе должны дать нашу оценку предстоящему полёту и стыковке шаттла «Атлантиса» со станцией «Мир».

 

- Как готовился Владимир Фёдорович перед рабочими встречами или заседаниями с американскими коллегами?


- Он всегда очень тщательно продумывал программу предстоящих встреч, их сроки и места заседаний, рассматриваемые вопросы, вплоть до того, где члены КЭС–СК должны побывать, и кому выступать.

 

- Как относились сопредседатели комиссии Уткина-Стаффорда к проблемам, открывшимся в ходе рабочих встреч или заседаний?


В сентябре 1997 г. заседания Совместной комиссии совпали по времени с проведением в Рязани Международной научно-технической конференции, посвящённой 140-летию со дня рождения К.Э. Циолковского, земляка Владимира Фёдоровича.

 

Стаффорда волновало то, что конференция в Рязани может заглушить главную цель наших встреч: оценку готовности станции «Мир» принять очередной «Шаттл» и нового астронавта США. Об этом, а также о давлении некоторых влиятельных конгрессменов и сенаторов, американская сторона напоминала в еженедельных телефонных разговорах. Владимир Фёдорович спокойно воспринимал эту озабоченность и говорил, что «...мы должны тщательно продумать всю программу встреч и в Рязани, и в Москве и решить, кого привлечь к поездке в Рязань, а кому из экспертов быть в Москве». В сентябре 1998 г. комиссия Уткина – Стаффорда рассматривала готовность к запуску первого элемента МКС – модуля ФГБ «Заря», запланированного на 20 ноября 1998 г., - и готовность к запуску в декабре 1998 г. американского модуля NODE-1 «Юнити». Владимир Фёдорович на совместном заседании в Космическом центре имени Джона Кеннеди высказал своё оригинальное понимание работы Совместной комиссии: «Наша работа похожа на работу кузнеца. Кузнец тихо бьёт молоточком по металлу, указывая молотобойцу, куда бить тяжёлым молотком. Мы – это тот самый молоточек».

 

 

- Случались ли у вас с Владимиром Фёдоровичем забавные случаи во время вашей совместной работы, поездок?


- В 1996 году, когда мы уже вернулись в Москву, вдруг мне звонят из американского посольства и просят забрать посылку для академика Уткина. Приезжаю, забираю огромную, очень узкую коробку метр на метр, не больше 30 мм толщиной и приношу её в кабинет Владимира Фёдоровича. В коробке находилась толстая верёвка с палец, а на дне лежала записка: «Знаменитейший американский ковбой дарит академику Уткину своё лассо, которым он стреножил огромное количество коров, лошадей и т.д.». «Но зачем оно мне?», - удивился Владимир Фёдорович и тут же привёл пример из жизни. На юбилей его друга, генерального конструктора, академика Валентина Петровича Глушко избиратели (Глушко был избран депутатом от Калмыкии) в знак благодарности прислали ему в Москву белую лошадь. Калмыкам надо было обязательно показать, как они его уважают. Что было делать с лошадью генеральному конструктору Глушко? Подаренную лошадь пришлось пристраивать на конезавод под Москвой.

 

Прошло время, и ко мне пришло письмо из Штатов, в котором говорилось, что Джордж Эбби приглашает Владимира Фёдоровича Уткина в Хьюстон на родео, которое состоится в двадцатых числах февраля 1997 года, и просьба: «Узнайте, пожалуйста, размер головы академика Уткина и сообщите нам». Мы с Владимиром Фёдоровичем всё это выполнили, после чего меня опять вызвали в посольство, и я опять привёз коробку, в которой лежала ковбойская шляпа. В скором времени пришло ещё одно письмо: «Узнайте, пожалуйста, у академика Уткина размер его куртки», и всё та же процедура в посольстве. Скоро пришло новое письмо: «Узнайте, пожалуйста, размер ноги Уткина». Уткин воскликнул: «Что они хотят со мной сделать?». А я привёз из посольства сапоги. Наконец, пришло последнее письмо с просьбой: «Когда академик Уткин поедет в США, пусть не забудет взять всю присланную ему одежду с собой».

 

В час ночи мы прилетели в США, а в восемь часов утра к нам в гостиницу уже приехал Джордж Эбби. Пошли в номер мерить шляпу. Оказалась, что она немного тесновата Владимиру Фёдоровичу. Эбби сказал, что так не годится, и мы всей большой делегацией поехали в ковбойский магазин покупать новую шляпу академику Уткину. Подъезжаем к магазину, а нас уже встречает директор, шутка ли - крупный ракетный конструктор из России приехал, реклама его заведению! Два часа выбирали шляпу, обошли весь магазин. Там я, кстати, купил две клетчатые рубашки себе и сыну. Помню, что там были очень дорогие ковбойские ремни по тем временам – по 150-200 долларов.

 

Вечером нас повезли на родео в сопровождении полицейских-мотоциклистов на японских блестящих Хондах и двадцати машин. Американцы умеют показать, какие они крутые! Вся американская делегация была в ковбойских шляпах и сапогах. Затем нас пересадили в лёгкие электрические машинки. Когда, наконец, приехали, всех друг другу представили, стали угощать и кричать: «Велком, велком!».

 

Сама площадка родео – это огромный стадион без ворот, поросший зелёной травкой, окружённый дорожкой. Владимира Фёдоровича Уткина и американских астронавтов Томаса Стаффорда, Джо Энгла, Джорджа Эбби посадили в отдельную повозку, запряжённую четвёркой лошадей, и повезли вокруг стадиона, а собравшиеся на трибуне их приветствовали. Когда они сделали круг и высадились, их представили в качестве почётных гостей. Потом было представление: гонка ковбойских тележек, стреноженье коров и лошадей. Но самое интересное началось тогда, когда на поле высыпала тысяча ребятишек в возрасте 11-12 лет. Затем выгнали 900 телят, на 100 меньше, чем мальчишек. В этом-то и заключалась интрига. Мальчишки должны были быстро, бегом поймать телёнка. Каждый, кто сумел правильно схватить бычка, повалить и стреножить его, получал 1000 долларов. Хороший приз! Когда эта игра закончилась, на стадион въехала большая телега на колёсах, в которой находился американский певец. Он усладил слух публики своим пением. Поздним вечером мы отправились в гостиницу.

 

 

- Чем ещё удивляли вас американские коллеги?


- Надо заметить, что американцы всегда готовились к нашему приезду и постоянно чем-то нас удивляли. Однажды во Флориде нас повезли в Космический центр имени Кеннеди. Казалось бы, что тут удивительного, дорога и дорога. Оказалось, что она «охраняемая», по её краям есть каналы с водой, в которых живут небольшие полутораметровые аллигаторы, и просто выйти, и пойти по ней пешком было бы рискованно. Стаффорд остановил машину, вышел, и только тогда аллигатор пошевелил хвостом и задом-задом спрятался в воду. Вообще к аллигаторам у американцев какое-то особое отношение. Уже позже американцы возили нас куда-то на юг штата Флорида, где можно наблюдать за жизнью этих земноводных. Нас посадили в лодки с наружными винтами (подводных винтов нет, чтоб не поранить крокодилов), выдали наушники, потому что стоял страшный грохот от винтов, и показали аллигаторов, которые подплывали к лодкам очень близко. Затем на крокодиловой ферме нас угостили мясом аллигатора, по вкусу похожим на курятину.

 

- Ощущался ли между вами и американскими коллегами языковой барьер? Как вы общались между собой, когда не было переводчиков?


- Каждую среду у нас проходили переговоры с американцами по телефону, и каждый раз за столом переговоров обязательно присутствовали переводчики. В этих беседах переводчики иногда напоминали про отнятый у них хлеб, если мы пытались говорить по-английски. Американцам тоже хотелось освоить наш язык, поэтому при личных встречах они пытались общаться с нами, а также между собой по-русски. У нас в России методика преподавания языка такова, что нас учат понимать классический английский язык. На практике же мы работали с американцами, которые были родом из Техаса, из Огайи, из Оклахомы, из Атланты: с Запада, с Севера, Юга и т.д. Они друг друга-то до конца не понимали, что уж говорить об их российских коллегах. Однажды я спросил у переводчицы, о чём идёт речь в программе на кабельном телевидении, но она не знала. У нас были случаи, когда преподаватели института иностранных языков английского отделения, приезжая в Техас, ничего не понимали, а их не понимали техасцы. Они хотели взять машину напрокат, но из-за непонимания, оставались ни с чем. Мне запомнилось, как в аэропорту я не понял афроамериканца, который стоял на контрольном посту. Вместо – «ай эм», он говорил – «ам». Попробуй, догадайся, что он имеет в виду! Потребовались годы, прежде чем мы начали понимать наших американских коллег. Все официальные беседы переводились только сертифицированным переводчиком.

 

- Когда вы видели Владимира Фёдоровича в последний раз?


- Запомнилось яркое выступление Владимира Фёдоровича 25 января 2000 г. на Королёвских чтениях в Доме учёных. Он рассказал о работе аварийной комиссии по РН «Протон», о предстоящей работе Совместной комиссии Уткина – Стаффорда. Поведал и о своём видении целей создания МКС, а также о том, что нехватка финансирования душит ракетно-космическую технику, а наш огромный опыт не используется в полной мере. Владимир Фёдорович подчеркнул также, что у него нет удовлетворения и от отсутствия методологии прогноза землетрясений на Земле. Ещё не используются для этого возможности пилотируемых станций и автоматических аппаратов. «Мы, – сказал он, – обязаны создать комплексную методологию предсказания землетрясений с учётом информации, получаемой с пилотируемых станций».

 

И ещё он говорил о том, как важно готовить ракетно-космическую технику к пускам: «Тысячи людей гибнут в мире ежедневно на дорогах, в войнах, по болезни. Но нам никто не простит гибель одного космонавта при полёте в космосе».

 

Через два дня Владимир Фёдорович вызвал меня к себе: "Вот что, Леонид Петрович. Я ухожу в отпуск с 30 января. Ты готовь приезд членов Специальной комиссии к нам. Я выйду из отпуска 24 февраля, и вместе с группой Т.Стаффорда мы посетим Воронеж, покажем, что там делается по двигателям для «Протона»". Это были последние слова, которые мне пришлось услышать от Владимира Фёдоровича. 15 февраля 2000 года Уткина не стало.

 

Всего с 1995 по 2000 гг. комиссия Уткина – Стаффорда провела 30 встреч в полном составе и в составе рабочих групп. Более ста вопросов было совместно рассмотрено на пленарных заседаниях, даны оценки состояния дел по проблемным вопросам и разработаны рекомендации по их решению. После кончины В.Ф.Уткина руководство комиссией с российской стороны продолжил Н.А.Анфимов. Он же вручил Золотую медаль имени академика В.Ф.Уткина Томасу Стаффорду. Вручение состоялось в космическом центре имени Л.Джонсона (США).

 

Сейчас состав Совместной комиссии Райкунов-Стаффорд, продолжив работу, начатую В.Ф.Уткиным, намерен больше внимания уделять перспективным предложениям по вопросам космонавтики, включая и пилотируемые полёты за пределами околоземной орбиты. Соответствующие договорённости между Консультативно-экспертным советом Роскосмоса, возглавляемым Г.Г.Райкуновым, и Консультативным комитетом NASA по Международной космической станции, возглавляемым Томасом Стаффордом, были выработаны в ноябре 2011 года во время заседания в Космическом центре Джонсона в Хьюстоне.

Тем не менее, вопросы безопасности пилотируемых полётов в рамках программы МКС остаются, как и ранее, за Совместной российско-американской комиссией, продолжающей традиции, заложенные ещё при Владимире Фёдоровиче.

 

Беседовала Анна Фуртичева





Пресс-служба ФГУП ЦНИИмаш


Другие новости по теме:


Все новости...

Справочная информация

 

 

Контактная информация

Федеральное государственное унитарное предприятие "Центральный научно-исследовательский институт машиностроения" (ФГУП ЦНИИмаш)

Россия, 141070, Московская область, г.Королёв, ул.Пионерская, д.4

т. (495) 513-59-51
ф. (495) 512-21-00

e-mail: corp@tsniimash.ru
© 2000-2017 ФГУП ЦНИИмаш
На печать Карта сайта На главную