Н.Я. Дорожкин

  Николай Яковлевич Дорожкин
Дорожкин Николай Яковлевич родился в 1935 г. в Мариинске Кемеровской области. Закончил физико-технический факультет Томского университета. Пятьдесят лет работал в отделе динамики. Автор и соавтор 45 печатных работ и 20 изобретений. Награждён орденом «Знак Почёта» и медалями. Кандидат технических наук, старший научный сотрудник. Действительный член Российской академии космонавтики. Член Союза писателей и Союза журналистов России.

 

Редактор выпусков «Город науки» – ежемесячного приложения к газете «Калининградская правда».

 

Стихи публиковались в журналах «Юность», «Техника-молодёжи», «Огни Кузбасса», в «Антологии русского лиризма, ХХ век» (Москва, 2000), альманахах «День поэзии-2000», «Память», «Долгие пруды», «Радуга над Клязьмой», «Надмосковье». Автор поэтических сборников «Поздний велосипедист» (Калининград, 1993), «Паровоз» (Москва, Информдинамо, 1997), «Чай по-азиатски» (Москва, СИП-РИА, 2003). Из прозы опубликованы повести «Последний рыцарь Украины» (1994) и «День под знаком РБ» (1997) – обе в литературной газете Московского региона «Домашнее чтение».

 

Автор многих научно-популярных статей в журналах «Техника – молодёжи», «Наука и религия», «Терра-инкогнита», «Знак вопроса», «Чудеса и приключения», «За 7 печатями», «Природа и СВЕТ», а также книг «Астрономия» (2003), «Космос» (2004), «Загадки русской истории» (2007), «Великие путешественники» (2008) и «Великие путешествия» (2009), издательство «Астрель».

 

За поэму «Кавалергардский марш» и книгу «Загадки русской истории» автору присуждены литературные премии имени профессора С.Н.Дурылина 2008 и 2009 годов.

 

 

ЖИЗНЬ – ЭТО ЧТО?

 

С.Н.Д.

 

Юный Адам, выходя на доpогу –

чувствовать, думать, стpадать и теpпеть,

взоp обpащал вопpошающе к Богу:

– Жизнь – это что? Я не знаю, – ответь!

 

Солнце сияло свеpхцаpственным пылом.

Вечных путей познавая закон,

сидя в тени над живительным Нилом,

«Жизнь – это что?» – pазмышлял фаpаон.

 

В келье монаха гоpели жаpовни,

бился в pетоpтах таинственный дым.

Стоны молитвы и скpежет зубовный:

«Жизнь – это что?» – с вопpосом одним.

 

«Жизнь – это что?» – голосили бpодяги.

«Жизнь – это что?» – напивался гусаp.

«Жизнь – это что?» – забывали в Сиблаге.

«Жизнь – это что?» – закипал самоваp.

 

«Жизнь – это что?» – под синеющей тучей

клин жуpавлей pаспpавляет кpыло.

«Жизнь – это что?» – над планетой колючей

небо чеpкает зигзаг НЛО.

 

Семьи и нации, личность и особь

этот вопpос отвлекает от дел:

«Жизнь – это что? Неужели лишь способ

существованья белковых тел?»

Звездный туман и планет хоpоводы,

капли дождя и зеленый листок ...

Вечно звучит голосами пpиpоды:

«Жизнь – это что?»

 

1990

 

 

СВЯЗЬ ВРЕМЕН

 

                 *  *  *

Из золота отлитый Посейдон

стоял века в столице Атлантиды.

Но стало госудаpство пpосто дном.

Над ним плывут муpены и ставpиды.

 

И вместо неба – темная вода,

и многотонный холод гидpосфеpы.

Текут соленой гоpечью года,

века, тысячелетия и эpы.

 

Но Посейдон из золота отлит.

Его не pазъедают соль и вpемя.

Ныpяя, задевает бpюхом кит

сияющее цаpственное темя.

 

Но истукан недвижимо стоит,

оpиентиp для pыб и кашалотов.

К его ногам ложатся на гpанит

обломки коpаблей и самолетов.

 

Стоит стаpик, дpевнее пиpамид

со вpемени Всемиpного Потопа.

Ни бомбы взpыв его не удивит,

ни синее свеченье изотопа...

 

И только pаз – pешил, что он во сне,

что это память пpизpак подослала,

увидев над собою в вышине

папиpусную лодку Хейеpдала.

 

1973

 

 

ПАРОВОЗ

 

В.М.Комарову - историку

естествознания

и техники

 

Мы с другом говорили о Грядущем,

о временах почти непредставимых,

о яви фантастически далёкой,

которую великий калужанин

однажды вдохновенно предсказал –

о жизни, непохожей на земную,

о способах иных существованья,

 когда ни пища, ни вода, ни воздух,

 ни слово, ни наука, ни искусство,

 ни вековая сумма технологий,

 ни дружба, ни влеченье, ни семья,

ни разделенье на мужчин и женщин

не будут человечеству потребны,

поскольку будет оное в то время

существовать не в виде организмов,

а в виде поля, в виде излученья –

в той стадии, которой прежде нас

достигли, по законам Мирозданья,

другие обитатели Вселенной,

властители неведомых миров.

Мы с другом говорили о Грядущем,

потом немного посидели молча,

 и он, хотя курить недавно бросил,

нашёл в портфеле пачку папирос.

Он надорвал у пачки верхний угол,

достал одну, размял, продул, постукал,

примял мундштук крест-накрест по привычке,

зажёг, со смачным треском затянулся

и, дым пустив из носа, произнёс:

– Да, я согласен. Время всё меняет.

И у Вселенной есть свои законы,

которых мы, наверно, не узнаем...

И в бесконечных мировых пространствах

найдёт свои дороги человек!

И я – за это вечное движенье,

за новые ступени совершенства,

за эти неожиданные формы

развития людского бытия...

Но, разумом земным и современным

внимая, сознавая, принимая,

душой своей, неразвитой и грешной,

и сердцем, измочаленным страстями

прокуренными лёгкими, печёнкой,

битком набитой острыми камнями

ногой, пробитой автоматной пулей,

и черепком, задетым на излёте –

я радуюсь, я счастлив, я ликую,

что я до тех времён не доживу.

... Тебе, я вижу, это непонятно?

Ты человек другого поколенья!

А я... Постой, вод подходящий образ.

Я – знаешь, кто?

Я – старый паровоз!

Я – паровоз!

Я бегаю по рельсам.

Мои котлы наполнены водою,

мои цилиндры брызжут белым паром,

а тендер мой заполнен антрацитом –

блестящим чёрным каменным углём!

И я люблю, я просто наслаждаюсь,

когда в мою распахнутую топку,

оскаленную алчно и багрово,

швыряет уголь чёрною лопатой

чумазый матершинник-кочегар!

Я радуюсь, когда в моей утробе

беснуется грохочущее пламя,

когда в котле гудит от нетерпенья

до красной риски раскалённый пар,

когда цилиндры двигают поршнями,

когда со свистом хлещут струи пара

и молниями масляного блеска

шуруют подо мною шатуны!

Колёса набирают обороты,

давя собой стальные километры,

и в торжестве исходит чёрным дымом

торчащая горячая труба,

разбрасывая угольные искры –

горячие, опасные, живые,

способные спалить копну соломы

и машинисту стёганку прожечь!

Мне не нужны вольтметры-амперметры,

пантографа пружинистые руки,

беспомощно хватающие провод...

Мне не нужны столбы-поводыри!

Я – выпуска двадцать второго года.

Я – паровоз, несложная машина:

не хватит угля – загрузите торфом,

да чем угодно, лишь бы две стихии –

Вода и Пламя – Жизнь давали мне!

Я – Паровоз!

Я – в технике эпоха!

Нет зависти во мне к электровозам,

ни к поездам на тяге реактивной,

ни к термоядерным локомотивам...

Я горд своею паровой судьбой!

И я тружусь, покуда я уверен –

в двадцатом веке мне работы хватит...

А если я для дела непригоден –

не заменяйте мне котёл мотором,

не надо перепаивать мне душу!

Отправьте лучше сразу в переплавку,

но до конца я буду – Паровоз!

...Он замолчал. Трещала папироса.

Он напоследок едко затянулся

и, в пепельнице пальцы обжигая,

докуренный чинарик загасил...

Мы снова посидели, помолчали.

Мы разговора не возобновили.

Мы вспомнили, что ужин не окончен,

и повернулись к круглому столу.

Мы преломили хлеб и взяли вилки.

Мы сочно похрустели огурцами,

мы ели мясо с жареной картошкой

и, грешным делом, выпили вина,

поскольку дело было под субботу...

Потом мы с ним немного прогулялись

проспектом по вечернему морозцу

и разошлись неспешно по домам...

Мои все спали. Я прошёл неслышно.

У сына был, конечно, беспорядок –

гитара и гантели почему-то

пристроились на письменном столе,

а из-под них выглядывала скромно

зачётка без единого «отлично»...

А девочка ворочалась во сне –

наверно, что-то страшное приснилось, –

старик Кащей или Пальто-С-Глазами...

Я у неё поправил одеяло

и тихо лёг. И сразу же заснул,

не заводя будильника на утро,

поскольку дело было под субботу...

Всю ночь мне снился Старый Паровоз!

 

1978

 

 

ПОЗДНИЙ ВЕЛОСИПЕДИСТ

 

Десантом сыплет желтый лист,

Тpопа светлеет желтой глиной.

В ней поздний велосипедист

Впечатывает след змеиный.

 

Смолкает сонно птичий свист.

Шоссе далекое гуденье …

Усталый велосипедист

Скpипит пpужинами сиденья.

 

Звонок пpозpачен и искpист.

На замедленьи повоpота,

Пpигнувшись, велосипедист

Пеpегоняет пешехода.

 

Как воздух пасмуpен и чист!

Мигают лампочками дали.

Упpямый велосипедист

Вpащает пыльные педали.

 

Он на шоссе с тpопы свеpнул,

Ускоpив звездочек вpащенье,

И лес pасслабленно вздохнул,

Дождавшийся уединенья ...

 

1982

 

 

ЗИМА 1945 ГОДА

 

Пахнет серым зимним сеном,

Долгим жданием весны.

Все домишки снегом серым

до бровей занесены.

 

От растасканного стога

стебли серы торчат.

Воробьи. Труха. Дорога.

Серый медленный закат.

 

Потянуло сеном снова…

А из дальнего двора

целый день мычит корова –

не накормлена с утра.

 

Ставни. Лампа. Лист помятый

прошлогоднего письма…

Над Сибирью век двадцатый,

сорок пятая зима.

 

1982

 

 

ПОДЛИПКИ-БОЛШЕВО

 

Липы, клёны, тополя...

Далеко ли до Кремля?

До столицы, через мост,

будет где-то двадцать вёрст.

 

Воды Яузы блестят,

струи Клязьмы шелестят,

а на Острове Лосином

лоси ветками хрустят.

 

Дачи, станции, сады,

финских домиков ряды

и шлагбаум на канале

охраняемой воды.

 

Ярославское шоссе,

листья в утренней росе.

Сверхсекретные объекты

при контрольной полосе.

 

Дать работникам приют

этажи кругом встают,

а по праздникам с балконов

наблюдается салют!

 

Окон чёткая строка:

это  – книжки МЖК.

В полдень греются на солнце

керамзитные бока.

 

И стоит, как мира пуп,

на весь мир известный ЦУП.

А по каменной тропе,

меж деревьев, как в толпе,

по проспекту Королёва,

недвижим, идёт С.П...

 

1991

 

 

ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ МИРЫ

 

Р.И.Д.

 

В суете сплошных сует,

за работой, книгой, чаем

мы следы бегущих лет

фотовспышкой отмечаем.

 

Отражаются на лицах

лет безжалостных дары,

а на глянцевых страницах –

параллельные миры!

 

Вот – над Яузой дорога.

Лето. Солнце. Синева...

Сын и ты вдвоём у стога...

Пахнет клевером трава.

 

Вот – у дочери обнова,

смотрим – взгляд не оторвать!

...Вот – суровая корова

внучку хочет напугать...

 

В полумраке дом мордовский,

зверобой цветёт опять...

Мой свояк нижегородский,

разливающий ноль-пять...

 

Это – новая машина,

сына-доктора «Ока».

Батик – новая картина

со слонами в ЦДХ.

 

Внук, насмешливо-серьёзный,

наблюдает из дверей.

Жёлтый лес порою поздней.

Мой старинный друг-еврей.

 

Важные апартаменты,

для науки кабинет.

Наши томские студенты.

Время жмёт. Иных уж нет...

 

Лес. Дорога. Велик. Сосны.

Солнце. Травы и цветы.

Жизнь идёт: года и вёсны,

планы, мысли и мечты.

 

И успехи, и капризы,

торможение и бег.

Дети дарят нам сюрпризы –

не соскучиться вовек...

 

Жизнь сама распределяет

труд, награды и дары,

и, как книгу, раскрывает

параллельные миры!

 

2001

 

 

ОТ НЬЮТОНА ДО БАУРОВА

 

Природы строй, её закон

В предвечной мгле таился.

Но Бог сказал: «Явись, Ньютон!»

И в мире свет разлился.

Александр Поуп

Свет пробивался в щели стен,

В растениях химичил,

Но скоростью его Эйнштейн

Движенье ограничил.

 

А мудрых физиков труды

В стараниях ударных

Наоткрывали – пруд пруди –

Частиц элементарных.

 

Профессоров лихая рать

С завидным постоянством

Статьи пустилась сочинять

Про время и пространство

 

Такой поднялся ералаш

В субатомных структурах!

Но вот с трибуны ЦНИИмаш

Заговорил Бауров:

 

«Пространство, время, электрон,

Протоны и нейтроны –

Вторично всё: таков закон.

Первичны лишь бюоны!

 

Чтоб тайны мира познавать,

Скользя по звёздным тропам,

Должны учёные понять,

Что мир – анизотропен!»

 

Так, значит, волею Творца

Вселенной задан вектор,

И дует в наши паруса

Анизотропный ветер!

 

 

ИЗ ЦИКЛА «НЕУДАЧНИКИ»

 

               *  *  *

Весьма стандартная судьба –

удел великого поэта:

мечты, страданья, миг расцвета,

удар – и кончена борьба.

И редко – больше сорока…

Диапазон для жизни узкий:

подъем – обрыв!

А ведь на спуске

была б дорога далека,

и сколько было б рождено

созвездий образов звучащих!

Но – комья падают на ящик…

Теперь поэту все равно.

Посмертны – слава и почёт!

Застеклены великих лики…

Не становись, поэт, великим –

великих жизнь не бережёт!

Быть можно тонким, боевым,

злым, выдающимся, спортивным,

скандальным, женским, примитивным,

газетным, вечно молодым…

Как хорошо, что в наши дни

среди поэтов нет великих!

Их много – сложных, разноликих,

но не великие они,

а, значит, дольше проживут

и, соответственно, напишут,

и даже, может быть, услышат

признание при жизни, тут?!

За вас я, как читатель, рад, -

За авторов, что мной любимы,

что мной читаемы и чтимы, -

что не спешите в рай и в ад,

что в вас душа еще крепка

и можно ждать от вас чего-то,

пусть даже будет это что-то

и не великое … пока!

 

1976

 

 

Подражание Шенгели

 

Р.И.Д.

 

Огромные, серебристые, лёгкокрылые «Аэрбасы»

Стремятся в полуневедомую-полусказочную страну,

Где стелются под колёсами безупречные автотрассы

И тянутся шпилями башни в затуманенную вышину.

 

Где в парках пенсионеры заводят весёлые игры,

Звучат барабаны и скрипки, гармошки и голоса,

Где вырастают из зелени драконы, слоны и тигры,

И рвутся крылатые змеи куда-то под небеса.

 

Где запахами заманивают забегаловки-рестораны,

Где золотыми рыбками плещется каждый бассейн,

Где малыши разодетые серьёзны, как богдыханы,

Как председатель Мао, Конфуций и Сун Ятсен.

 

Где в набережных бетонных императорские каналы

Несут свои серые воды, как тысячи лет назад,

Где многолюдны и вежливы гостиницы и вокзалы,

И поезда экспрессами по рельсам беззвучно летят.

 

Где красного с золотом знамени ещё не затоптана слава,

Где люди полны достоинства и чувствуют, кто есть кто:

Где для меня – «олоса!», а для тебя – «ни хао!»,

И Вэй без подобострастия тебе подаёт «манто».

 

Где голос далёкой прародины, голос земли и расы

Вызвал в душе ответную неосознанную волну…

…Огромные, серебристые, лёгкокрылые «Аэрбасы»

Всё так же стремятся в далёкую полусказочную страну…

 

2007

 

Справочная информация

 

 

Контактная информация

Федеральное государственное унитарное предприятие "Центральный научно-исследовательский институт машиностроения" (ФГУП ЦНИИмаш)

Россия, 141070, Московская область, г.Королёв, ул.Пионерская, д.4

т. (495) 513-59-51
ф. (495) 512-21-00

e-mail: corp@tsniimash.ru
© 2000-2017 ФГУП ЦНИИмаш
На печать Карта сайта На главную